Верхне-Тазовский
Заповедник

Верхне-Тазовский
ПОДРОБНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
СОСТОЯНИЕ ЭКОСИСТЕМ

Ко времени организации заповедника Верхний Таз еще оставался одним из наименее измененных человеком регионов Сибири, эталоном первозданной тайги. Это дает возможность, на основе изучения компонентов его природы, выявлять основные закономерности естественных процессов северотаежных экосистем и разрабатывать меры по сохранению их биологического разнообразия.

Среди огромных просторов Западной Сибири, природа которой особенно сильно нарушена новым промышленным, преимущественно нефтегазовым освоением, включающим строительство буровых установок, трубопроводов, транспортных магистралей, Верхний Таз остается одним из немногих участков с почти не нарушенными экосистемами. Промышленных рубок леса, как уже говорилось, здесь не велось. Наибольшее влияние на природу оказывали и оказывают лесные пожары, особенно опасные в сухих ягельных сосняках. Отметим, что после пожаров на гарях здесь довольно хорошо возобновляется сосна; это подтверждается нашими исследованиями 1965 г. и более современными работами. Ягельники тоже возобновляются, но не во всех случаях и только через несколько десятков лет.

Животный мир, особенно промысловые животные, ко времени создания заповедника был в относительно стабильном состоянии после периода деградации в XVII-XIX и первой половине XX вв., когда здесь пришлым населением, начиная со времен Мангазеи, были практически полностью истреблены бобр, соболь, лось. Во второй половине XX в. было дезорганизовано и почти прекратилось местное промысловое хозяйство коренных жителей – селькупов и эвенков. Вместе с тем, в течение последних десятилетий, даже и после организации заповедника, появилась новая опасность – волна браконьерства, связанная с развитием в соседних районах Тюменской области нефтегазовой промышленности и появлением современной техники, особенно вертолетов. Браконьеры стали проникать даже на нынешнюю территорию заповедника, в результате чего, кроме истребления животных, значительно возросло и число лесных пожаров.

В целом можно констатировать, что современное состояние экосистем заповедника находится в удовлетворительном состоянии, именно благодаря созданию Верхне-Тазовского заповедника. Тем не менее, учитывая все возрастающее антропогенное давление с севера и запада и облегчение технических возможностей проникновения на территорию заповедника, необходимо усиливать охрану его территории. Нужно ускорить процесс преобразования заповедника в международный биосферный заповедник.

Интерес ученых к таинственной и недоступной реке Таз был давним, однако проникнуть сюда, особенно в ее верховья, было трудно. Первыми в 1929-1931 гг. сюда проникли биологи и охотоведы В.Н. Скалон, А.А. Слудский, К.А. Юдин, В.Д. Шамыкин. Они рассказывали, что даже географические карты того времени неверно изображали Таз, особенно в его верхнем течении. Эта экспедиция, изучавшая промысловые ресурсы в связи с необходимостью улучшения жизни туземного населения, пришлась на 1929 и 1930 годы. Результатом ее были несколько небольших, но очень интересных статей, в основном В.Н. Скалона и отчасти А.А. Слудского о птицах, охотничьем промысле, оленеводстве, отчасти о рыбах (ихтиолог экспедиции трагически погиб во время полевых работ) (Скалон, 1930, 1930а, 1931, 1931а; Скалон и Слудский, 1941 и др.). Остался неопубликованным драгоценный объемистый том отчета об экспедиции, составленный В.Н. Скалоном.

После этого Таз был совсем забыт на 35 лет и никем из ученых не посещался. Доступность Верхнего Таза к этому времени стала еще меньшей, так как были заброшены маленькие фактории в тайге, пришло в упадок оленеводство, и от нартовых оленьих дорог, некогда пересекавших местами глухую тайгу, остались лишь едва заметные следы. Около четверти столетия Верхний Таз совсем не посещался людьми, даже коренными жителями – кетами, селькупами и эвенками, охотниками и оленеводами.

В 1965 г. обследование Верхнего Таза было проведено авторами настоящего очерка, зоологами и географами. Экспедиция готовилась тщательно. А.А. Слудский прислал подробные выписки из своих старых дневников, сообщил о множестве труднопроходимых речных завалов на Тазу. В.Н. Скалон, К.А. Юдин, В.Д. Шамыкин рассказали об особенностях своих маршрутов.

Экспедиция проникла на Таз с Енисея, через его приток р. Елогуй. От поселка Келлог поднялись на лодке по небольшому левому притоку Елогуя, р. Большой Кыксе до тропы на озеро Дында, из которого вытекает один из истоков Таза – Дындовский Таз. С помощью оленей волоком протащили по ягельному бору через 35-километровый водораздел Елогуя и Таза две долбленые осиновые лодочки-“ветки”. На Дынде в эту пору еще жил с семьей совсем отдельно “от мира” последний из могикан – пожилой селькуп Тимофей Ириков, имевший 120 оленей и не желавший вступать в контакт с цивилизацией. Путешествие вдвоем, без проводников, с единственным спутником – лайкой, было трудным и долгим. Вместо 30 лесных завалов, на которые указывал А.А. Слудский, на Дындовском Тазу их оказалось 49. Многие завалы приходилось обтаскивать берегом, прорубая в тальниках и буреломе дорогу для лодок и груза. Лишь спустя полтора месяца на берегах Таза появились первые березы, с которых несколько лет назад была содрана береста – первый признак близости людей, чему мы несказанно обрадовались. Боялись, что придется зимовать на Тазу. Первых людей встретили через полтора месяца немного выше поселка Ратта. Эвенки-рыбаки нам не поверили: на их памяти никто еще не приходил в Ратту “сверху”. Наградой был богатый материал о природе и фауне верховий Таза.

Таков был Таз 35 лет назад. Именно тогда у авторов созрело первое решение о необходимости заповедания этого уникального района, о создании здесь государственного заповедника.

После этого на Верхнем Тазу неоднократно бывали специалисты. Картографы вычислили, что здесь находится географический центр СССР, и это добавило популярности Верхнему Тазу.

В связи с бурным освоением нефтяных и газовых месторождений Западной Сибири, доступность Верхнего Таза уже к концу 1970-х гг. стала иной. Истребив промысловые ресурсы вблизи промышленных поселков, люди устремились на вертолетах и других видах современного транспорта в дальние угодья, добрались и до Таза. Быстро был выловлен таймень, выбивали лосей и соболей, в тайге участились пожары. Крупный эталонный участок замечательной таежной экосистемы был заповедан во время. К счастью, в верховьях Таза геологи не обнаружили перспективных запасов нефти и газа.

Ко времени создания заповедника его территория была совсем не населена. Во время экспедиции В.Н. Скалона на Верхнем Тазу выше Ратты было 2-3 очень маленьких фактории с “торговыми точками”, одновременно принимавшими пушнину. На них жили по два-три приезжих человека. Одна из них, расположенная в устье р. Матылька, где была и маленькая метеостанция, дожила до 1950-х годов.

Искони и до 1940-х гг. верховья Таза осваивало коренное местное население: селькупы и эвенки. С юго-востока от Елогуя и по Дындовскому Тазу заходили кеты. Все они имели оленей и широко кочевали по тайге, занимаясь охотой, рыбной ловлей, оленеводством. Бездумные и вредные указания на необходимость ликвидации кочевания, скорейшего приобщения к общественному труду в колхозах, сломали здоровый и социально-экологически верный уклад коренных жителей Севера. К сожалению, простого возврата к прежнему здесь уже быть не может. Сломаны были также психология и мораль. Коренные жители были сселены в укрупненные поселки. Однако в этом особо удаленном районе, почти как нигде уже на таежном Севере, среди коренного населения, особенно среди эвенков, осталось здоровое ядро. Например, в Ратте многие еще недавно имели личных оленей.

Одна из важнейших задач заповедника – при том, что его целесообразно вести по типу биосферного – способствовать сохранению и развитию коренного этноса на прилежащих территориях, его традиций в области хозяйства, быта, культуры. Для этого нужно создать биосферный полигон заповедника, включив в него соседние зоны традиционного природопользования.

Важно иметь в виду, что район Верхнего Таза с прилегающими территориями совершенно уникален в пределах всего гигантского субконтинента Северной Евразии в этнографическом отношении. Это район стыка и контакта восточных, западных, северных и южных элементов. Здесь усматривается аналогия с важнейшей в палеарктике Енисейской биогеографической границей. В районе сходятся ареалы четырех народов, совершенно различных по языку и географическому происхождению. Это селькупы – представители самодийской языковой группы, расселенные в основном севернее в бассейнах Таза и Турухана и находящие здесь южный предел современного распространения. Эвенки (особая этническая группа раттовских эвенков) живут здесь изолированно от основного гигантского ареала этого народа, охватывающего почти всю Восточную Сибирь (вплоть до Охотского моря). Этот народ тунгусо-маньчжурской группы находится здесь на крайнем западе своего расселения. Кеты – уникальный маленький народ загадочного происхождения с языком, не похожим ни на один язык планеты. Появились кеты с юга, возможно, даже из района Тибета или Гималаев. Юго-восточные соседи – ханты бассейна р. Вах. Это финно-угры, родственные по происхождению и языку финнам, венграм, коми и эстонцам.

С севера в верховья Таза, даже к Елогую, некогда приходили воинственные оленеводы юраки (ненцы). Они брали здесь добычу, в том числе рабов. Недаром в местном ненецком наречии слово “кет” звучало как “раб”. Кеты объединялись с селькупами и эвенками и бились с юраками. В 1960-е гг. мы нашли местность около оз. Дында, которая в честь победы над юраками до сих пор сохранила название “Юрацкие могилы”. Между собой селькупы, кеты и эвенки жили дружно, хотя и не без споров при дележе охотничьих и рыболовных угодий. В основном этносы не смешивались, хотя в последние десятилетия стали часты смешанные браки, особенно кетов и селькупов. Более изолированно жили эвенки, хотя тоже проникали в бассейн Елогуя. В 1965 г. в начале маршрута у нас был проводником замечательный знаток тайги – старый эвенк Григорий Васильевич Баякин (из эвенкийского рода Баяки). Он в совершенстве владел четырьмя языками, абсолютно разными лингвистически: эвенкийским, кетским, селькупским и русским, однако письменности не знал, а вместо подписи ставил “тамгу” (символ своего рода) – летящего гуся.

Верхне-Тазовский заповедник расположен удачно в биологическом, географическом и этническом отношениях. В нем велики перспективы развития комплексных научных работ. Он отвечает требованиям, предъявляемым к биосферным заповедникам.

Самостоятельные научные исследования в заповеднике начаты сравнительно недавно. В 1989 г. был составлен первый том Летописи природы заповедника (авторы – А.В. Загузов, Т.В. Загузова, И.М. Садеков, И.Ф. Садекова). Изучение флоры и растительности было начато И.Ф. Садековой.

В 1995-1997 гг. с помощью специалистов из АОЗТ “Норд-Вест Экосервис” (Санкт-Петербург) было начато изучение почв, типов местообитаний и растительности заповедника.

Изучение почв и местообитаний велось на основании обобщенных материалов по 180 почвенным разрезам. Была разработана классификация типов земель и соответствующих им почвенных разновидностей (всего 38). 27 типов земель сгруппированы в 4 класса земель, различающихся по выраженности аллювиального и болотообразовательного процесса.

По результатам исследований в заповеднике в 1992-1997 гг. была уточнена классификационная схема его растительности и проведено ботаническое картографирование. Петербургские ботаники занимались изучением флоры лишайниковых и листостебельных мохообразных, а также изучением закономерностей динамики растительности заповедника под влиянием пожаров. Был составлен флористический список высших растений северной части заповедника, описана растительность этой территории и составлена ее геоботаническая карта в масштабе 1:100 000 (главный редактор к.б.н. В.Ю. Нешатаев, научный консультант проф. Ю.В. Титов) и пояснительная записка к ней. В 1998 г. С.П. Арефьев (Тюменская лесная опытная станция ВНИИЛМ) занимался исследованием грибов-макромицетов.

Также в 1998 г., по заданию Комитета по охране окружающей среды Ямало-Ненецкого автономного округа, в заповеднике Северо-Западным государственным лесоустроительным предприятием проведено лесоустройство.

Изучение водных беспозвоночных животных было начато в первые годы существования заповедника гидробиологом Т.В. Загузовой. В 1994 г. Е.В. Воронина изучала основные группы зообентоса у кордона Пюлькы.

Помимо постоянных наблюдений за птицами, проводимых сотрудниками заповедника, имели место некоторые дополнительные орнитологические исследования. В 1983 и 1988 гг. на территории заповедника работал Л.Г. Вартапетов. Летом 1988 г. он занимался изучением авифауны в долине Таза на участке между устьями рек Поколька и Ратта, в низовьях этих рек и в окрестностях пос. Ратта; он проводил также изучение зимней авифауны; он отметил в заповеднике и на прилежащих территориях 138 видов птиц. В июле 1995 г. еще один орнитолог – М.Г. Головатин (Свердловск) занимался орнитологическими наблюдениями в среднем течении р. Поколька; им отмечено 106 видов птиц, из них 73 вида достоверно гнездящихся. М.Г. Головатин занимался также организацией мониторинга наземных сообществ заповедника.

Первое обследование фауны мелких млекопитающих проведено И.М. Садековым, затем оно было продолжено сотрудниками заповедника. В 1998 г. изучение этой группы велось также специалистами Тюменской лесной опытной станции ВНИИЛМ. С 1998 г. сотрудником заповедника кандидатом биологических наук Т.М. Елистратовой начаты работы по инвентаризации фауны мелких млекопитающих.

К числу важных научных проблем, стоящих перед заповедником, можно отнести: охрану и изучение уникальных ягельных сосняков, восстановление численности и изучение глухаря в оптимальных для этого вида угодьях, реакклимати-зацию азиатского подвида бобра, всемерную охрану и восстановление численности крупных “краснокнижных” хищных птиц и сов (беркута, скопы, сапсана, филина и др.), для которых гнездование в пределах заповедника – единственный шанс выжить в условиях севера Западной Сибири. Важно также всемерно охранять нерестилища нельмы и других ценных видов рыб от посягательства браконьеров.

Кроме своих основных природоохранных и научных задач, Верхне-Тазовскому заповеднику, при должной поддержке Министерства природных ресурсов России, необходимо уделить большое внимание решению острых проблем местных коренных жителей – эвенков и селькупов. Есть все основания, чтобы придать заповеднику статус международного биосферного заповедника ЮНЕСКО. Желательно, чтобы территория прилегающего к заповеднику Толькинского совхоза вместе с поселками Толька и Ратта приобрела статус особой эколого-этнической зоны рационального и преимущественно традиционного природопользования эвенков и селькупов. Эту зону следует сделать биосферным полигоном заповедника. Российская концепция полигона биосферного заповедника в настоящее время хорошо разработана (Соколов, Сыроечковский, 1981; Сыроечковский и др., 1988; Большаков, Клоков, 1997 и др.). Она применяется в России и включена в Закон об особо охраняемых природных территориях РФ. Это даст возможность заповеднику учитывать в своей природоохранной деятельности также и интересы коренных жителей окружающих территорий. Конечно, не может быть и речи о каком-либо отторжении заповедных земель, но необходимо, чтобы заповедник содействовал конструктивному решению проблем коренных жителей.

В блоке с Центральносибирским биосферным заповедником, вместе с прилегающими площадями биосферных полигонов, Верхне-Тазовский заповедник может составить исключительно интересный эколого-этнический природоохранный комплекс, характерный для таежного севера Сибири, протянувшийся от Эвенкии на востоке до Ямало-Ненецкого и Ханты-Мансийского автономных округов на западе.

© Е.Е. Сыроечковский, Э.В. Рогачева. Верхне-Тазовский заповедник. // Заповедники России. Заповедники Сибири. II. - М., Логата, 2000. с. 32-46.

Ваш e-mail:
Введите 3 цифры: Введите 3 цифры с картинки в поле

Комментарий, вопрос,
сообщение об ошибке:

 
заповедники | национальные парки | федеральные заказники | биосферные ООПТ
о проекте | обратная связь

Подписка на новости:

Главная
Новости
Публикации
Новости сайта
Новости
Ссылки
Ф.Р. Штильмарк
Итоги конференций
Охраняемые территории
Проекты
Вакансии
Фонд Штильмарка
ГИС
Законы и документы
Организации
Федеральные
Водно-болотные угодья
Заповедники
Национальные парки
Заказники
Биосферные резерваты
Оценка репрез-ти_Дубинин
Смирнов_ООПТ Чукотки
Издание трудов Штильмарка
Библиотека 'Люди и заповедники'
О проекте
ООПТ
Премия имени Штильмарка
Чтения памяти Штильмарка
Штильмарк_абс-зап
Штильмарк_о проблемах
Штильмарк_таинство заповедания
Штильмарк_Принципы заповедности
Астафьев - Штильмарку, 2001
Никольский - Репрезентативность
Белоновская_горные ООПТ
\"Заповідна справа в Україні\"
Штильмарк_Драма или фарс
Штильмарк_Эволюция представлений
Борейко о Штильмарке, 2001
Штильмарк_Кондо-Сосв_зап.
Гусев_История баргузинского зап.
Shtilmark_history
Желтухин - Центрально-Лесной
Конференции
Богдо зонирование Трегубов 2007
Григорян_Севилья_2000
Биосферные заповедники_Соколов, 1988
часть 1
часть 2
Книжная полка
Морские ООПТ
Степные ООПТ
Завершен сбор конкурсных работ на соискание Премии имени Ф.Р. Штильмарка
Фото докладчиков
Чтения
Награждение лауреатов
Конференция
ШТИЛЬМАРКОВСКИЕ ЧТЕНИЯ, Москва, 19-20 апреля, 2018 г.
О природе и людях
Живой покров земли
Заповедная мерзлота
Герасимов Н.Н.
Кочнев А.А.
Урбанавичене И.Н.
Джамирзоев Г.С., Трепет С.А., Букреев С.А.