НА ГЛАВНУЮ О ПРОЕКТЕ ВЫБЕРИТЕ ООПТ
БОЛЬШОЙ АРКТИЧЕСКИЙ
заповедник

ПОДРОБНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
 Общие сведения и история
 Физико-географические условия
 Растительность
 Животный мир
 Состояние экосистем
 Научная деятельность
 Библиография

НАУЧНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Первые географические сведения о Северо-Западном Таймыре относятся к началу XVII в., когда устья реки Пясины достигли экспедиции мореходов Луки (1605 г.), Кондратия Курочкина и Осипа Шепунова (1610 г.), Ерофея и Никифора Хабаровых (1628 г.), Ивана Толстоухова (1686-87 гг.) (Визе, 1948; Белов, 1956; Магидович, 1983). К этому же времени относятся и первые попытки обогнуть Таймырский полуостров морем. Следы одного из таких предприятий, предпринятого Акакием и Иваном Муромцами в первой четверти XVII в. – останки людей, денежная казна, оружие и т. д. – были обнаружены в 1940-41 гг. советским гидрографами на о. Фаддея и в заливе Симса на востоке полуострова. Исследовавший эти находки в 1945 г. академик А.П. Окладников предположил, что люди шли туда с запада, с Енисея (Исторический памятник..., 1951). В 1980-е гг. гидрограф В.А. Троицкий обосновал другую точку зрения: по его мнению, погибшие мореходы пытались на двух кораблях пройти морем из Хатангского залива к Енисею, чтобы вывезти пушнину (Троицкий, 1991). Первый корабль был раздавлен льдами в районе о. Фаддея, экипажу удалось высадиться на него, но люди погибли. Второй коч дошел до залива Симса, где команда построила избу, в которой оставила троих больных, и направилась на юг, причем четверо как будто бы даже добрались до обитаемых мест.

В 1701 г. изображение Таймыра появилось в «Чертежной книге Сибири» С.У. Ремезова. В 1725-30 гг. геодезист Петр Чичагов изобразил Таймыр на карте Тобольской и Енисейской губерний. Но первая вполне достоверная карта северного побережья полуострова появилась в результате работ Великой Северной экспедиции 1734-42 гг. – крупнейшего географического предприятия на севере России вплоть до начала XX в. С запада картографирование берегов проводил отряд Д. Овцына, с востока – В. Прончищева, которого после его смерти в 1736 г. сменил на посту командира X. Лаптев (Белов, 1956; Троицкий, 1975). Штурман Ф. Минин из отряда Овцына в 1738-40 гг. нанес на карту острова, носящие сейчас названия Диксон и Каменные, и оставил в устье р. Пясины продовольствие для X. Лаптева. В Енисейском заливе он обнаружил избу и деревянный крест, поставленные Иваном Толстоуховым. Подштурман Д. Стерлегов из того же отряда по берегу моря добрался до широты 75 град. 26 минут с.ш. Стерлегов и Минин впервые нанесли на карты массив небольших островков и разделяющих их извилистых проливов, носящий сейчас название «шхер Минина». Развалины изб на о. Чаек и мысе Лидия, где останавливался Стерлегов, сохранились до настоящего времени.

Но самый северный участок побережья Евразии довелось описать членам отряда Харитона Лаптева – штурману С. Челюскину, геодезисту Н. Чекину, боцману В. Медведеву и др. Весной 1740 г. Н. Чекин нанес на карту берег к западу от устья Нижней Таймыры и впервые достиг по льду острова Русского в архипелаге Норденшельда. В следующем году X. Лаптев и Челюскин завершили съемку побережья между Диксоном и устьями Пясины и Нижней Таймыры. В мае 1742 г. С. Челюскин и солдаты А. Прахов и А. Фофанов достигли самой северной точки Евразии, завершив тем самым съемку и описание всего побережья Таймыра. На итоговой карте экспедиции берега отображены верно, да и контуры внутренних частей полуострова ближе к истине, чем даже изображенные на некоторых картах начала XX в.

В первой половине XVIII в. на побережье Енисейского залива вплоть до нынешнего Диксона располагались многочисленные промысловые зимовья и даже небольшие поселки рыбаков и охотников, промышлявших песца. По реконструкциям В.А. Троицкого (1972), только на побережье от Диксона до устья Пясины было около десятка зимовий, хозяева которых в радиусе 10-40 км регулярно охотились на песцов, оленей, морского зверя, держали своры ездовых собак. Самым дальним северным зимовьем была изба якута Фомина, располагавшаяся на острове в устье реки Нижней Таймыры. Во второй половине XVIII века на побережьях Пясинского и Енисейского заливов разразился первый экологический кризис: песцовые угодья истощились из-за перевылова, добыча пушнины стала невыгодной. К тому же над Западным Таймыром пронеслась мощная эпидемия оспы, и большая часть населения погибла. Только «пясинские крестьяне», говорившие на своеобразном русском языке, но почти не отличавшиеся по внешнему облику от коренного населения, долгане и нганасаны летом продолжали отгонять на побережье Пясинского залива стада домашних оленей.

В 1843 г. реки Верхнюю и Нижнюю Таймыру исследовал во время своей знаменитой экспедиции академик А.Ф. Миддендорф, присвоив их имя всему полуострову. В нижнем течении последней ученый едва не погиб от холода, вынужденный ждать помощи в одиночестве в снежной пещере. Фундаментальный труд А.Ф. Миддендорфа «Путешествие на север и восток Сибири» (1869) до сих пор остается источником естественно-научных сведений о Таймыре.

В 1875-76 и 1878 гг. геологическую съемку островов Диксон и Сибирякова, а также правого берега Енисейского залива произвел Н.А.Э. Норденшельд. На острове Диксон он обнаружил прекрасную гавань, названную им в честь шведского предпринимателя Оскара Диксона. В 1878 г. во время своего знаменитого плавания на «Веге» по Северо-Восточному проходу Норденшельд и его спутники высаживались также на нескольких островах шхер Минина и архипелага Норденшельда, поставили памятник на мысе Челюскин.

26 августа 1878 г. норвежский капитан Э. Иоганнесен открыл в центральной части Карского моря о.Уединения. Во второй половине августа 1893 г. в шхерах Минина плавал «Фрам» Фритьофа Нансена. Для охоты и пополнения запасов пресной воды норвежцы высаживались на острове Оленьем, в нескольких местах на материке. Были открыты и названы острова Свердруп, Скотт-Гансена, Вардропер, Мона, Рингнес (Попов, Троицкий, 1972).

Очень плодотворными были работы Русской Полярной экспедиции Академии наук на яхте «Заря» под руководством Э.В. Толля. В августе 1900 г. после недолгой стоянки на Диксоне Толль и его спутники: астроном Ф. Зееберг, зоолог и врач Г.Э. Вальтер и А.А. Бируля – студент-биолог, работавший у Г.Э. Вальтера препаратором, а после его смерти ставший биологом экспедиции, – обследовали острова Подкова, Олений и Циркуль в шхерах Минина (Троицкий, 1972). Из-за сложной ледовой обстановки экспедиция была вынуждена зазимовать в архипелаге Норденшельда в проливе между берегом и островом Боневи, в бухте, названной «рейд Зари». Ученые и офицеры экспедиции – командир корабля Н.Н. Коломейцев, старший офицер Ф.А. Матисен, гидрограф А.В. Колчак – проводили многочисленные походы по окрестностям, топографическую съемку, первые на Таймыре метеорологические наблюдения. Было открыто множество островов, в том числе острова Таймыр, Пилота Алексеева, Расторгуева. Во время этой экспедиции впервые познакомился с Таймыром его будущий знаменитый исследователь Н.А. Бегичев (1874-1927), служивший на «Заре» боцманом.

23 августа 1913 г. на острове Диксон вновь побывал Ф. Нансен, совершавший большое путешествие по северу Сибири в сопровождении представителей сибирской администрации, норвежских и русских купцов. В это время уже интенсивно осваивались рыбные богатства Енисейского залива, вдоль западного побережья Таймыра располагались многочисленные рыболовные участки – «пески» рыбопромышленников. Крупным центром рыбной промышленности стало село Дудинское. Каждое лето многочисленные артели рыбаков занимали тони на нижнем Енисее и в Енисейском заливе. Осенью пароход забирал артели и буксировал баржи с уловом вверх по реке. Рыболовство было основой хозяйства и для «пясинских крестьян».

В сентябре 1914 г. на вынужденную зимовку в заливе Толля встали два ледокольных парохода Гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана «Таймыр» и «Вайгач», под командованием Б.А. Вилькицкого направлявшиеся из Владивостока в Архангельск. Одновременно с ними у мыса Вильда зазимовала шхуна «Эклипс» (капитан О. Свердруп), нанятая русским правительством для поисков и оказания помощи пропавшим в 1912 г. экспедициям В.А. Русанова на «Геркулесе», Г.Л. Брусилова на «Святой Анне» и Г.А. Седова на «Святом Фоке». На зимовке в заливе Толля велись регулярные метеорологические, ледовые и гидрологические наблюдения.

Н.И. Евгенов, А.М. Лавров и другие офицеры экспедиции описали значительный участок берега, сомкнув свою съемку со съемкой Э.В. Толля. На мысе Могильном рядом с захоронениями умерших во время зимовки лейтенанта А.Н. Жохова и кочегара И.Е. Ладоничева была установлена вековая марка для наблюдений за колебаниями уровня моря, на мысе Вильда заложены продовольственные склады (Евгенов, Купецкий, 1985). После освобождения из льдов ледоколы направились в Архангельск, куда прибыли в начале сентября 1915 г. На Диксоне моряки побывали на только что построенной П.Г. Кушаковым (участником экспедиции Г.Я. Седова к Северному полюсу) и метеорологом Е.И. Тихомировым первой на Таймыре полярной станции. Северо-Восточный проход был пройден на всем его протяжении во второй раз.

Беспокоясь о судьбе экипажей кораблей Гидрографической экспедиции, ранней весной 1915 г. Морское министерство попросило Н.А. Бегичева, ставшего к тому времени известным промышленником, организовать их эвакуацию в Гольчиху. Выступив в марте из Дудинки, Бегичев в июле достиг зимовки «Эклипса» у мыса Вильда, куда к тому времени перевели матросов. Он благополучно перевез их в Гольчиху, а затем еще раз достиг залива Миддендорфа, открыв по дороге крупные реки Хутуда и Ленивая (Болотников, 1976).

В 1916 г. на острове Диксон начала работать одна из первых в Арктике полярных радиостанций, главной задачей которых являлось получение и передача в специальные синоптические центры комплекса информации о погоде, ледовых и гидрологических условиях арктических морей. С тех пор Диксон превратился в крупный поселок - «столицу Арктики». Впоследствии здесь были организованы Радиометеорологический центр и Диксонское управление по гидрометеорологии, самое крупное в СССР.

18 июля 1918 г. норвежский порт Варде покинул новый корабль Руала Амундсена «Мод», на котором великий норвежец хотел продрейфовать вблизи Северного полюса. 9 сентября был пройден мыс Челюскин, а через девять дней экспедиция остановилась на зимовку в небольшой бухте на восточном побережье полуострова Челюскин (Амундсен, 1936). Научная экспедиция зимовала здесь впервые, и ее сотрудники уделили много внимания изучению окрестностей. В многочисленных санных походах участвовал почти весь личный состав, регулярно велись метеорологические, магнитные, астрономические, фенологические наблюдения. Через год, 12 сентября 1919 г., с трудом выбравшись из льдов, «Мод» направилась далее на восток. На месте зимовки остались матросы Петер Тессем и Пауль Кнудсен, которые должны были доставить почту и научные результаты первого года экспедиции на Диксон, до которого было 900 км пустынной тундры. Дождавшись установления снежного покрова, норвежцы пошли на запад на лыжах, но до Диксона не дошли.

После экспедиции 1915 г. имя Н.А. Бегичева на Таймыре получило широкую известность, и именно к нему обратилось в 1920 г. норвежское правительство с просьбой о помощи в поисках пропавших Тессема и Кнудсена. К спасательной экспедиции, которая вышла из Диксона в апреле 1921 г., присоединились капитан норвежской шхуны «Хеймен» Л. Якобсен и матрос-переводчик А. Карлсен. На полуострове Михайлова были найдены остатки костра с обгоревшими костями, которые были приняты за человеческие. Участники экспедиции пришли к выводу, что здесь умер Кнудсен, а Тессем сжег труп, чтобы его не растащили песцы. У костра было также обнаружено множество мелких предметов: патроны, гильзы, обломки деталей снаряжения. Сочтя свою задачу частично выполненной, эеспедиция поставила на месте находок памятные знаки и отправилась на юг (Троицкий, 1977).

Летом 1922 г. Бегичев участвует в экспедиции геолога Н.Н. Урванцева, открывателя норильских месторождений, которая на парусном вельботе исследовала реку Пясину, спустившись по ней до устья и открыв входной фарватер. Во время плавания от устья Пясины к Диксону в маленьком срубе из плавника в 2 км от устья р.Зеледеева была обнаружена пропавшая почта Амундсена (Урванцев, 1974). 28 августа во время охоты в окрестностях полярной станции Диксон Бегичев, топограф Базанов и биолог Пушкарев обнаружили под каменистым обрывом тело Петера Тессема. Видимо, завидев вдали огни станции, измученный норвежец заторопился, поскользнулся и упал, а встать не сумел и замерз... За находку почты и помощь в организации поисков норвежское правительство наградило Бегичева и Урванцева ценными подарками.

В 1923-24 гг. началось интенсивное промысловое освоение северо-западной части полуострова Таймыр. В районе Диксона появилось множество рыбопромысловых «точек», хозяева которых, как и их предки в XVIII в., летом ловили рыбу и промышляли белуху, а зимой занимались песцовым промыслом. Один из первых исследователей рыбных богатств Пясины А.И. Березовский в 1925 г. писал, что «...другого такого объекта, как Пясина, где бы природные рыбные богатства, в силу их изолированности, находились в девственном состоянии, нет во всем мире» (Березовский, 1925, стр.86). Знакомство с этой рекой привело к тому, что в 1926 г. Н.А. Бегичев создал промысловую артель «Белый медведь», в которую вошло еще 6 промышленников и один представитель коренного населения. Сплавившись по Пясине, охотники построили на мысе Входном избу. Отсутствие достаточного запаса продуктов, неудачная охота и длительное пребывание в сыром помещении привели к заболеванию цингой, сильнее всего поразившей самого старшего – Бегичева. 18 мая 1927 г. он скончался, оставив в Енисейске шестерых детей в возрасте от 4 до 15 лет. 28 июня 1964 г. в поселке Диксон был открыт памятник отважному исследователю, сделавшему огромный вклад в изучение Таймыра.

Широкомасштабные исследования севера Таймырского полуострова начали разворачиваться в начале 1930-х гг. и достигли наибольшего размаха перед Великой Отечественной войной. Весь огромный комплекс работ по освоению Арктики координировался Главным управлением Северного морского пути (ГУСМП), организованным по инициативе О.Ю. Шмидта в декабре 1932 г. ГУСМП подчинялись все геологические, гидрографические, биологические, промысловые, гидрологические и прочие экспедиции. Решение поставленной руководством страны задачи «превращения Северного морского пути в нормально действующую водную магистраль» требовало значительного улучшения гидрографического, гидрологического и метеорологического обеспечения судоходства. Для этого на пустынных берегах Таймыра и многочисленных островов строились полярные станции, портовые пункты, аэропорты, геологические базы.

В 1930-35 гг. в центральной части Карского моря советские экспедиции на ледокольных пароходах «Седов», «Сибиряков», «Челюскин», «Малыгин», ледоколе «Ермак», гидрографических судах «Белуха» и «Циркуль» открыли и впервые исследовали многочисленные острова и архипелаги в центральной части Карского моря - острова Визе, Исаченко и Воронина (август 1930), острова Известий ЦИК, Арктического Института, (1932), Кирова (1934), острова Сложный и Северный (1935) (Попов, Троицкий, 1972).

Обеспечить составление кондиционных навигационных карт северо-западного побережья Таймыра были призваны многочисленные гидрографические экспедиции. Они были начаты еще в 1920-х гг. отдельными отрядами Комитета Северного морского пути (существовал в 1918-32 гг.) и Управления по обеспечению безопасности кораблевождения на Карском море и в устьях сибирских рек (Убеко-Сибири). На участке от Диксона до устья Пясины и шхер Минина работали экспедиции Западно-Сибирского гидрографического управления под руководством В.И. Воробьева. До 1936 г. про-мерные, картографические и лоцмейстерские работы производились только в летний период, и работа продвигалась недостаточно быстро. В 1936-37 гг. впервые осталась на зимовку экспедиция Н.Н. Алексеева на гидрографическом судне «Торос» (капитан В.А. Радзеевский) в архипелаге Норден-шельда (Алексеев, 1939). Организация весеннего промера со льда позволила значительно ускорить работы, и экспедиции конца 1930-х гг. положили на карту и открыли для интенсивного судоходства очень сложный участок Карского моря, прилегающий к берегам Таймыра: шхеры Минина, архипелаг Норденшельда, пролив Вилькицкого.

До начала планомерных гидрографических работ территория Большого Арктического заповедника изучалась крупными комплексными экспедициями, среди которых особенно плодотворными были плавания на шхуне «Белуха» в 1930-32 гг. (капитан А.К. Бурке, гидролог П.К. Хмызников), Западно-Таймырская экспедиция 1933 г. под руководством начальника сектора авиаизысканий Управления воздушной службы ГУСМП И.А. Ландина, в которой участвовали будущий академик географ Г.А. Авсюк, геолог Н.П. Херасков и биолог М.П. Розанов, а также Южно-Таймырская экспедиция Е.И. Игол-кина 1932-34 гг. Основной их задачей были промысловые, гидрографические и гидрологические работы. Одновременно организовывались первые промысловые зимовья в шхерах Минина (1930), на полуострове Михайлова (1931) и островах Пясинского залива (1932).

Важным этапом научного исследования Таймыра стало создание там сети полярных гидрометеорологических станций. В сентябре 1932 г. ледокольный пароход «Русанов» высадил на мыс Челюскин группу зимовщиков под руководством врача Б.Г. Георгиевского. Третий состав зимовщиков (1934-35 гг.), которым руководил И.Д. Папанин, развернул большое строительство, и мыс Челюскина стал одной из крупнейших станций на трассе Северного морского пути. Затем на нынешней территории Большого Арктического заповедника были организованы полярные станции «Остров Уединения» (1934, начальник С.В. Шманев), «Мыс Стерлегова» (1934, К.М. Званцев), «Остров Русский» (1935, П.П. Попов), «Усть-Таймыр» (1935, Л.В. Рузов). Три станции (острова Правды, Гейберга и Тыртова) были основаны в 1940 г. как выносные и действовали сначала лишь в период навигации. Несколько лет в конце 1930-х гг. работала полярная станция на мысе Входном в устье реки Пясины.

Почти одновременно на Северо-Западный Таймыр пришли геологи. Выходы пластов каменного угля на восточном побережье Енисейского залива были известны еще с начала века, а в первой половине 1930-х гг. здесь было открыто несколько крупных месторождений угля, пригодного для использования на флоте: Слободское, Убойнинское, Крестья-нинское. Геологическая партия Н.Н. Мутафи в 1935-36 гг. обнаружила месторождение угля очень хорошего качества на левом берегу Пясины в ее нижнем течении (Мутафи, 1939). В 1943 гг. на Пясинском месторождении началась добыча угля. Широкомасштабные горные работы производили также крупные Диксоновская, Енисейско-Пясинская (Западно-Таймырская) и Усть-Енисейская геологоразведочные экспедиции. Строились поселки, шахты, штольни. Детальные горные работы в 1936-41 гг. проводились в бухтах Ефремова, Слободской, в верховьях рек Убойной и Крестьянки, в районе мыса Стерлегова, шхер Минина и в южной части архипелага Норденшельда (Аникеев и др., 1941). Остатки крупного поселка Шахта Северная на Пясинском месторождении – двойные стены домов, засыпанные углем для тепла, фундаменты, вагонетки, рельсы, небольшое кладбище, гигантские отвалы пустой породы, заплывшие льдом штольни - можно видеть и сейчас.

В 1934 г. при производстве топографических работ в архипелаге Мона на острове Вейзеля (теперь остров Геркулес) был обнаружен деревянный столб с вырезанной надписью «Геркулес 1913». Практически одновременно на безымянном острове в шхерах Минина гидрографы обнаружили множество предметов и документов, принадлежавших В. Г. Попову и А.С. Чухчину, членам экипажа парусно-моторного судна «Геркулес». На этом корабле геолог В.А. Русанов собирался пройти вдоль всего северного по'бережья России. После обследования летом 1912 г. архипелага Шпицберген «Геркулес» направился на восток и бесследно исчез... И вот появились первые свидетельства о судьбе В.А. Русанова и его спутников.

Множество экспедиций после этого обследовало как места находок, так и участок побережья от Диксона до шхер Минина и сами шхеры, но тайна гибели экспедиции «Геркулеса» и его экипажа продолжает оставаться тайной (Шпаро, Шумилов, 1982, 1992; Корякин, 1987). Тем не менее, многое прояснилось. Так, в свете новых данных, стало ясно, что найденные Бегичевым в 1921 г. остатки костра и мелкие предметы принадлежали не Тессему и Кнудену, а русановцам. Кроме того, поисковыми экспедициями, в основном экспедицией газеты «Комсомольская правда» под руководством Д.И. Шпаро (научный руководитель А.В. Шумилов), в 1973-77 гг. на северо-западном побережье Таймыра было сделано множество интереснейших находок: продовольственное депо Э.В. Толля, столбы, поставленные Н.А. Бегичевым, остатки экспедиций 1930-х гг., старые промысловые зимовья, остатки судна у острова Песцовый и т. д. (Шпаро и др., 1975). Большая часть обследованной территории также вошла в состав Большого Арктического заповедника.

Работы по дальнейшему исследованию Таймыра были прерваны Великой Отечественной войной. В 1942-44 гг. восточная часть Карского моря стала ареной боевых действий. Гидрографы и зимовщики полярных станций работали практически на переднем крае. Широко известна героическая оборона Диксона и неравный бой ледокольного парохода «Сибиряков» с немецко-фаш истеки м рейдером «Адмирал Шеер» в августе 1942 г. 18 сентября 1943 г. вражеская, подводная лодка сожгла полярную станцию на острове Правды. 26 августа 1944 г. у острова Белуха было потоплено гидрографическое судно «Норд». 23-24 сентября того же года у острова Кравкова разгорелся бой между советскими сторожевыми кораблями СКР-29 и АМ-120 и немецкой подводной лодкой (Белов, 1969). Артиллеристы АМ-120 заставили отступить одну из лодок, но корабль был потоплен другой субмариной.

Последней операцией гитлеровского флота в Арктике было нападение на полярную станцию на мысе Стерлегова. 26 сентября 1944 г. десант захватил станцию и взял в плен шестерых ее сотрудников, одному из которых (Г.В. Бухтиярову) удалось бежать. Остальных немцы доставили в Норвегию, где, после отказа полярников сотрудничать, посадили их в тюрьму; оттуда они были освобождены частями Красной Армии. Полярная станция была сожжена. Сражение у берегов Таймыра остается пока одной из малоизвестных страниц Великой Отечественной войны.

Сразу после окончания войны на таймырском участке Северного морского пути возобновились гидрографические и геологические работы. В конце 1940-х-начале 1950-х гг. здесь работало несколько крупных геодезических, аэрофотосъемочных и геологических экспедиций, завершивших картографирование Северной Земли и Таймырского полуострова. В 1951-54 гг. одновременно работало несколько гидрографических экспедиций по съемке архипелагов центральной части Карского моря. Было открыто множество небольших островов, составлены современные навигационные карты.

1950-70-е гг. можно считать временем расцвета гидрографических работ в Арктике. Планомерные исследования по составлению крупномасштабных навигационных и топографических карт, промерные работы, установление знаков судоходной обстановки на самых труднодоступных участках Арктики развернуло ленинградское Гидрографическое предприятие Министерства Морского Флота (ГП ММФ), созданное на базе Гидрографического Управления ГУСМП. В систему ГП вошли Диксонская гидрографическая база, созданная в августе 1944 г., и Хатангская гидрографическая база. Они занимаются съёмкой и промером, а также поддержанием и установкой маяков, бакенов, створных и навигационных знаков. Основные промерные и топографические работы проводятся со льда в весенний период, лоцмейстерские работы – весной и летом с судов и вертолётов. На участке, например, Диксонской гидробазы находилось около 40 радиомаяков и более 300 навигационных знаков. Из года в год, начиная с 1959 г., весной гидрографы на санно-тракторных поездах выдвигались на север, где производили детальные съёмки. Так, в 1961 г. была закончена работа по составлению карт северной части Таймыра – полуострова Челюскин, в 1964-67 гг. – шхер Минина. Широко известны имена гидрографов А.И. Косого, А.В. Марышева, М.И. Цыганюка, П.Я. Михаленко, И.И. Чевыкалова, А.Г. Дивинца, В.Я. Лескинена, М.Е. Бекжанова, Ю.К. Чернокальцева, В.А. Троицкого и других.

После окончания войны продолжилось строительство новых полярных станций как на материке (бухта Эклипс, 1949; Рыбак, 1950), так и на островах (остров Визе, 1945; остров Исаченко, 1953; острова Известий ЦИК, 1953).

Еще во время войны в шхерах Минина начались геологоразведочные работы по поиску редкоземельных и радиоактивных элементов под руководством Н.Н.Урванцева, главного геолога Норильского комбината. Обширные геологические работы развернулись на Северо-Западном Таймыре в 1946 г., когда здесь началась Государственная геологическая съемка в масштабе 1:1 000 000. На территории Большого Арктического заповедника в 1946-55 гг. работали геологические партии Е.А. Величко, В.И. Тычинского, О.А. Новикова, В.А. Золотухина, А.Ф. Барабашина, С.А. Логачева, В.А. Черепанова, Ю.Е. Погребицкого и других сотрудников Научно-исследовательского института геологии Арктики (НИИГА). Наряду со съемочными производились и горные работы в бассейнах рек Ленивой, Извилистой, Хутудабига, Пясины, Верхней Таймыры, на Каменных островах и острове Моржовом, на Бирулинском месторождении слюды. На рубеже 1940-50-х гг. возникли крупные поселки геологов, геодезистов и авиаторов Ломоносове, Восточная к востоку от мыса Стерлегова, Тарея и Усть-Тарея на реке Пясина. На небольшой территории между побережьем Енисейского залива и Пясиной было обнаружено более десяти угольных месторождений.

Гораздо реже, чем гидрографы и геологи, наведывались на Северный Таймыр географы и биологи. Так, в 1946-48 гг. на Диксоне, в устье реки Таймыры, на мысе Стерлегова и на озере Таймыр проводила комплексные исследования Таймырская экспедиция Арктического института под руководством Б.А. Тихомирова и В.Н. Кошкина. В 1949 г. специально созданная Таймырская экспедиция (начальник В.А. Минин-берг), в которой участвовали такие видные ученые, как зоолог Л.А. Портенко, ботаник Б.А. Тихомиров, мерзлотовед А.И. Попов, обследовала место находки почти целого трупа мамонта и сумела его успешно извлечь и доставить в Ленинград. В 1949 г. в среднем и нижнем течении Пясины работали сотрудники Игарской мерзлотной станции.

В 1950-х гг. в Норильск из Ленинграда был переведен НИИ полярного земледелия, животноводства и промыслового хозяйства ГУСМП, переименованный в НИИ сельского хозяйства Крайнего Севера (НИИСХ Крайнего Севера). Сотрудники этого крупнейшего на Таймыре научного учреждения (В.Н. Андреев, М.М. Геллер, В.А. Забродин, Е.Ф. Забродина, Я.И. Кокорев, Л.А. Колпащиков, В.А. Куксов, Л.Н. Мичурин, Б.М. Павлов, Г.Д. Якушкин и многие другие) досконально изучили флору и фауну бассейна верхнего течения реки Пясина, ими выполнено множество интересных работ на маршрутах и многочисленных стационарах. Исследования были посвящены в основном биологии и экологии северного оленя, водоплавающих птиц, другой орнитофауны, песца, леммингов; эпидемиологии и паразитологии; ботанике; оленеводству; анатомии и физиологии животных. После 1985 г. значительная часть работ была посвящена изучению неблагоприятных воздействий выбросов Норильского комбината на ландшафты тундры. Интенсивно изучались экономические последствия усиления человеческой деятельности на Западном Таймыре, пути создания местной продовольственной базы для снабжения населения Норильска. Сотрудники НИИСХ Крайнего Севера неоднократно «сплавлялись» по рекам Пясина, Пура, Дудыпта, Агапа, Тарея, Мокоритто, Янгода, Горбита, Луктах и другим. Особенно детально изучалось междуречье рек Пуры и Пясины, бассейн верхнего течения последней, район Пуринских озер.

В 1958 г. был произведен первый авиаучет численности популяции дикого северного оленя, которые затем производились регулярно. Было выявлено, что главные места отела диких северных оленей Таймыра располагались в междуречье рек Пясины и Пуры, где в июле-августе скапливалось до 90 % таймырской популяции оленей. В 1965 г. в устье реки Тарея был организован биологический стационар Ботанического института АН СССР, исследования на котором производились до начала 1970-х гг. Здесь проводились ботанические, фитоценологические, флористические, почвенные, энтомологические, зоологические и географические исследования.

В 1967 г. сотрудники проектно-изыскательской экспедиции Главохоты РСФСР (руководитель А.И. Матюшин) разработали проект создания заповедника в междуречье Пуры и Пясины. Это был первый вариант проекта будущего Таймырского заповедника. Впоследствии (в 1988 г.) здесь был создан заказник. Также уникальным объектом является дельта реки Пясины, где собирается на линьку около четверти всех гусей, линяющих в западной и центральной частях Таймыра – более 230 000 птиц. В настоящее время дельта Пясины отнесена к категории водно-болотных угодий международного значения.

В 1985 г. Заполярная экспедиция Ленинградского отделения Института археологии АН СССР под руководством Л.П. Хлобыстина изучала древнее (XVIII в. до н.э.) поселение в устье притока Пясины реки Половинки, а затем стоянку «Пя-сина-4-А» ниже по течению Пясины. Работами Л.П. Хлобыстина и его коллег были разработаны представления о пясинской культуре бронзолитейного производства (Хлобыстин, 1998).

В 1984-86 гг. в нижнем течении Пясины работали Арктическая Устьевая гидрологическая экспедиция и экспедиция А-118 Арктического и Антарктического научно-исследовательского института (начальники соответственно А.В. Уфим-цев и А.В. Холостое). Геоморфологический отряд экспедиции А-118 под руководством Д.Ю. Большиянова работал в устье Пясины. Передвигаясь на моторных лодках, географы составили геоморфологическую карту дельты Пясины, исследовали четвертичные отложения и рельеф прилегающих районов, в том числе острова Фарватерный, Птичьи, Бегичевская коса, гору Высокую, устье реки Бегичева, посетили развалины избы Бегичева. Производилось инженерно-геологическое бурение и термометрические наблюдения в скважинах.

Таким образом, исследования Северо-Западного Таймыра, начавшиеся в первой половине XVII в., достигли максимальной интенсивности в 1930-50-е гг. Приоритетными направлениями этих исследований были картографическое и геологическое, а также гидрометеорологическое и промысловое. Прочие работы производились в значительной степени попутно. 1930-50-е гг. были также периодом максимальной нагрузки на природные комплексы значительной части Большого Арктического заповедника. Участки территории вокруг разведываемых месторождений подвергались интенсивному загрязнению. Промысел песца, птиц, морского зверя, рыболовство были абсолютно не регулируемыми.

Растительность и животный мир на территории будущего Большого Арктического заповедника до конца 1980-х гг. почти не исследовались. Промысловой фауне окрестностей Диксона и низовьев Пясины, преимущественно в конце 1920-х годов, были посвящены исследования И.И. Колюшева (1933) и В.Г. Гептнера (1936). В 1947-49 годах на Северном Таймыре, включая низовья реки Нижняя Таймыра, работал В.М. Сдобников (1959, 1959а и др.). В 1970-е годы здесь проводили исследования П.С. Томкович и Н.В. Вронский (Томкович, Вронский, 1994).

Побережья, прилежащие к острову Диксон с юга, биологический стационар «Тарея», полуостров Челюскин и бухта Прончищевой были в 1960-1970-х гг. многолетним полигоном по проведению комплексных биогеоценологических исследований, проводившихся учеными Ботанического института РАН при участии зоологической группы под руководством члена-корреспондента РАН Ю.И. Чернова (Институт проблем экологии и эволюции РАН – ИПЭЭ РАН). В 1973 и 1974 гг. работы проводились на мысе Челюскин; в составе отряда были ботаники, микробиологи и зоологи. Основной целью исследований было дать комплексную количественную характеристику всех основных групп животных и растений как компонентов сообществ полярных пустынь (Арктические тундры..., 1979; Чернов и др.,1979 и др.).

С 1988 г. на территории будущего заповедника начала работать Арктическая экспедиция ИПЭЭ РАН (до 1993 г. - Институт эволюционной морфологии и экологии животных РАН) под руководством академика Е.Е. Сыроечковского. В 1988-1992 гг. она провела комплексное биологическое обследование острова Сибирякова. Группой профессора В.Б. Куваева было проведено подробное изучение флоры и растительности острова. До этого ботаники работали на острове лишь дважды: летом 1926 г. его юго-западную часть посетил ботаник А.И. Толмачев, оставивший две краткие публикации (1926,1931); летом 1950 г. Н.В. Матвеева и Л.Л. Заноха (1985) работали на восточном побережье острова. По результатам работ 1988-1992 гг. была опубликована монография (Куваев и др.,1994). Впервые подробно изучались не только высшие, сосудистые, но и низшие растения острова.

Помимо ботанических исследований, на острове проводились орнитологические работы, в которых участвовали Е.Е. Сыроечковский-мл. и О.А. Черников из ИПЭЭ РАН и украинские орнитологи из Мелитопольского педагогического института во главе с А.И. Кошелевым. Собранные материалы обработаны, но пока не опубликованы. Изучением уникальной островной популяции диких северных оленей занимались Е.Е. Сыроечковский, А.С. Аболиц и О.А. Черников. Физико-географическое обследование сделано Ф.А. Романенко.

В 1990-1992 гг. проводились стационарные орнитологические, териологические и ботанические работы в районе бухты Книповича с маршрутами по приустьевой части реки Нижняя Таймыра и бассейну реки Малиновского. Материалы, собранные здесь под руководством П.С. Томковича, послужили основой для создания наиболее полного обзора гнездовой экологии ряда высокоарктических видов куликов: исландского песочника, песчанки, краснозобика и кулика-воробья. В те же годы в низовьях реки Нижняя Таймыра, бассейне реки Ленинградская и на прилежащих территориях были проведены масштабные авиаучеты численности линных гусей и кольцевание черных казарок (было окольцовано около 1500 птиц). Участник экспедиции орнитолог И.И. Чупин обследовал низовья реки Шренк.

Совместные российско-голландские исследования в районе островов Птичьих и на прилежащих участках дельты Пясины были начаты в 1990 г. и продолжались до 1994 г. Голландские ученые углубленно изучали экологию черной казарки, а российские участники проводили комплексные экосистемные наблюдения. Находящиеся между этими участками стационарных работ Арктической экспедиции низовья реки Ленивая были местом периодических орнитологических наблюдений в течение трех сезонов. Ранее, в 1983 г. здесь же работали орнитологи П.С. Томкович и Н.В. Вронский, составившие первый обзор орнитофауны района (Томкович, Вронский, 1988).

В 1993 г. Арктической экспедицией ИПЭЭ РАН (начальник отряда А.В. Рыбкин) был начат многолетний мониторинг фауны птиц и млекопитающих в районе бухты Медуза южнее Диксона. В этом же году в бухте Медуза, по инициативе академика Е.Е. Сыроечковского и доктора Г.К. Буре (Голландия), была создана Биологическая станция «Биллем Баренц». Ее задача – служить базой для стационарных и мониторинговых работ российских и иностранных ученых. Постройку станции финансировало Министерство сельского хозяйства, природопользования и рыболовства Голландии. Этот район стал местом постоянных исследований российских, голландских и других иностранных ученых, которые продолжаются и в настоящее время, уже в рамках работы Большого Арктического заповедника. Здесь проводятся орнитологические, другие зоологические, различные географические и ботанические исследования.

Острова Известий ЦИК, остров Свердруп и остров Русский из архипелага Норденшельда были впервые обследованы орнитологами ИПЭЭ РАН под руководстом Е.Е. Сыроечковского-мл. в 1992-93 гг. В составе экспедиционных отрядов работали географ Ф.А. Романенко и ботаник Ю.П. Кожевников. Там были открыты основные районы гнездования черной казарки и крупные колонии белых чаек. Позже, по их следам, в 1995 г. остров Тройной из архипелага Известий ЦИК посещали орнитологи из Норвегии, изучавшие биологию белой чайки.

В 1994 г., в ходе работ Российско-Шведской экспедиции «Экология тундры-94» (научный руководитель Е.Е. Сыроечковский) был также обследован ряд участков Северного Таймыра: острова Арктического Института, полуостров Заря, остров Правды, остров Нансена, ряд участков на западном побережье полуострова Челюскин, острова Комсомольской правды и окрестности полярной станции «Андрея». Хотя посещения эти были непродолжительными, научные силы, обследовавшие эти районы, были весьма солидными (около 40 специалистов). Первые научные результаты опубликованы Syro-echkovski Sr., Rogacheva,1995; Syroechkovski Sr.,Kuprianov 1995; Romanenko 1995; Syroechkovski Jr 1995; Syroechkovski Jr 1995a и др.). Готовится монографическое описание работ экспедиции.


© Е.Е. Сыроечковский, Э.В. Рогачева, Е.Е. Сыроечковский-мл., В.Б. Куваев, Е.Г. Лаппо, Ф.А. Романенко, О.А. Хрулева, Ю.И. Чернов, В.Л. Чупров, И.Л. Чупрова. Большой Арктический заповедник. // Заповедники России. Заповедники Сибири. II. - М., Логата, 2000. с. 56-81.


Ваш e-mail:
Введите 3 цифры: Введите 3 цифры с картинки в поле

Комментарий, вопрос,
сообщение об ошибке:

 
заповедники  |  национальные парки  |  федеральные заказники   |  биосферные ООПТ
 выбрать ООПТ  |   о проекте  |   обратная связь

Подписка на новости: